«Спейс Шаттл». Промежуточные итоги. Часть 4

Пнд, 11/02/2015 - 21:25

Вид на грузовой отсек космического челнока «Колумбия», который доставил на орбиту новые солнечные батареи телескопа «Хаббл» в рамках миссии STS-109

Члены экипажа миссии STS-107. Слева направо: Дэвид Браун, Рик Хасбенд (командир), Лорел Кларк, Калпана Чавла, Майкл Андерсон, Уильям МакКул и первый израильский астронавт Илан Рамон

Крушение «Колумбии»



С конца 1990-х годов большинство полетов «челноков» проводились по программе создания Международной космической станции. «Атлантис», «Дискавери» и «Индевор» сначала выводили на орбиту блоки станции, затем доставляли оборудование и экипажи. В этих полетах не участвовала «старушка» «Колумбия». Она, как уже упоминалось, из-за более раннего выпуска была тяжелее своих «собратьев», что не позволяло ей выводить на орбиту многие элементы МКС. Поэтому «Колумбия» была задействована в других проектах, в частности, в обслуживании и ремонте космического телескопа «Хаббл».

Ремонту «Хаббла» была в основном посвящена и миссия STS-109, стартовавшая 1 марта 2002 года. Астронавты совершили несколько выходов в открытый космос для замены частей телескопа, провели научные эксперименты. Через 10 дней 22 часа «Колумбия» совершила штатную посадку в Центре имени Кеннеди.

Сразу же после посадки «Колумбию» начали готовить к следующей миссии — STS-107, старт которой должен был состояться в июле 2002 года. В ходе миссии, одной из самых длинных в истории полетов «шаттлов», было запланировано проведение более 80 научных экспериментов в области космической биологии и медицины, космической физики, материаловедения, физики горения, производства в условиях микрогравитации и др.

13 июня руководители полета подтвердили, что будут готовить «Колумбию» к старту на 19 июля. Однако 17 июня в трубопроводе другого «шаттла» — «Атлантиса» — были обнаружены микротрещины в топливопроводе основной двигательной установки. Вскоре трещины были найдены и в топливных магистралях «Колумбии» и двух других «шаттлов». Чтобы устранить неисправности, НАСА отложило все запланированные на ближайшее время полеты, миссия STS-107 была отодвинута сначала на ноябрь 2002-го, а затем на 16 января 2003 года.
Командиром экипажа «Колумбии» был назначен Рик Хасбэнд, полковник ВВС США, совершивший свой первый полет в космос в качестве пилота миссии STS-96 в 1999 году. Кроме командира, миссия STS-107 стала второй для бортинженера Майкла Андерсона и научного специалиста, первой женщины-астронавта индийского происхождения, Калпаны Чавлы. Пилот Уильям Маккул, ученые Лорел Кларк и Дэвид Браун и первый израильский астронавт Илан Рамон летели в космос впервые.

Утром 16 января экипаж занял свои места в кабине «Колумбии». В 15.39, точно по графику, состоялся старт. В момент запуска операторы не зафиксировали каких-либо отклонений, но на следующий день, при более тщательном просмотре старта, на 81-й секунде был замечен объект, который в области передней стойки крепления орбитальной ступени к внешнему баку ударился об левое крыло «челнока». В этот момент «Колумбия» находилась на высоте примерно 20 км.

Полет «Колумбии» прошел по намеченной программе, практически без отклонений. 31 января руководитель посадочной смены в Центре Джонсона Лерой Кейн на пресс-конференции сообщил, что проверка всего посадочного оборудования «шаттла» прошла без замечаний. Единственное, по его словам, что заботило специалистов на Земле, — возможное легкое повреждение левого крыла во время запуска. При этом Кейн подчеркнул, что «никаких тревог у нас нет. Мы ничего не изменили в том, что касается типа посадочной траектории. Это будет номинальная, стандартная траектория». В этот же день экипаж «Колумбии» закончил научную программу и провел стандартный предпосадочный контроль систем корабля.

В 2.30 (по восточному стандартному времени, в поясе которого находится космодром на мысе Канаверал) 1 февраля в Центре управления полетами начала работу посадочная смена под руководством Лероя Кейна. В 8.00 Кейн провел опрос операторов смены — все дали «добро» на сход «Колумбии» с орбиты. Через 15 минут Хасбэнд и Маккул приступили к отводу «шаттла» с орбиты, запустив два двигателя орбитальной маневровой системы.


Леонид Константинович Каденюк — первый космонавт независимой Украины, летчик-испытатель, генерал-майор ВВС Украины

Челнок «Дискавери» приближается к МКС. Миссия STS-121

Астронавт Меган МакАртур позирует для фото вместе с астронавтом Майком Массимино, который осуществляет выход в открытый космос. Корабль «Атлантис», миссия STS-125

В 8.44.09 «Колумбия» прошла так называемую условную точку входа в плотные слои атмосферы, которая находится на высоте примерно 120 км. Через четыре с половиной минуты датчик температуры на передней кромке левой плоскости крыла зафиксировал значения, превышающие значения предыдущих входов «Колумбии» в атмосферу. Эта информация не была передана в Центр управления полетами и не показана экипажу, она была лишь зафиксирована бортовым самописцем Modular Auxiliary Data System (MADS). Немного забегая вперед, отметим, что этот блок впоследствии сыграл очень важную роль в расследовании причин катастрофы. Он был установлен только на «Колумбии» как на самом первом аппарате серии и предназначался для записи показаний бортовых датчиков с целью их послеполетного анализа, что имело большое значение в первых испытательных полетах.
В 8.50 начался десятиминутный период, когда корпус «шаттла» подвергается самым тяжелым тепловым нагрузкам.

В 8.53.46, на высоте 70,2 км и скорости 23 М, обнаруживаются первые следы разрушения левого крыла. Через сорок секунд оператор по механическим системам и жизнеобеспечению Джеф Клинг сообщил Кейну, что четыре датчика гидравлической системы в левой плоскости крыла стали показывать значения ниже предела чувствительности, т.е. зашкалили за минимум.
В 8.54.25 операторы отметили яркую вспышку в районе левого крыла. В следующие 4 минуты это явление будет отмечено еще 18 раз. Через четыре минуты, когда «Колумбия» пересекала границу штатов Нью-Мексико и Техас, от крыла отвалилась первая теплоизоляционная плитка. Когда шел поиск обломков корабля, эта плитка, найденная в поле возле городка Литтлфилд в Техасе, стала самой западной из всех обнаруженных на земле частей «Колумбии». В 8.56.30 «шаттл» начал запланированный левый разворот для гашения скорости. Бортовая система управления зарегистрировала значительное нарастание лобового сопротивления воздушному потоку со стороны левого крыла, а также потерю данных от нескольких датчиков давления и температуры левой стойки шасси, верхнего и нижнего покрытия левого крыла.

В 8.59.32 оборвалась связь с экипажем. Оператор, отвечающий за связь, сообщил руководителю полетов, что данный перерыв является ожидаемым, поскольку сигнал спутника связи оказался экранирован хвостовой частью «шаттла». «Колумбия» все больше теряет ориентацию и кренится. В 9.00.02 от корабля отделился первый большой обломок, очевидно, левое крыло. Момент начала разрушения «шаттла» зафиксировала любительская видеосъемка. В 9.05 жители штата Техас сообщили по телефону 911 о сильном звуке взрыва в небе, а затем о дымных следах и летящих обломках.

В Центре имени Кеннеди об этом узнали только в 9.12, когда пришло сообщение, что один из телеканалов ведет трансляцию, на которой видно разрушение «Колумбии». Ларри Кейн объявил тревогу и направил в район предполагаемого падения обломков спасательные команды. Последовал сигнал «запереть все двери» — кодовая фраза, означающая нештатную ситуацию и угрозу потери корабля.

Фрагменты упавшей «Колумбии» были разбросаны на большой территории в штате Техас. Представитель полиции городка Накогдош, расположенного в восточной части Техаса к северу от Хьюстона, лейтенант Дэн Таравелла сообщил, что в результате падения нанесен небольшой ущерб ряду частных домов и офисным зданиям. Многочисленные обломки корабля были обнаружены как в городской черте, так и в окрестностях. Вскоре были обнаружены и сильно обугленные останки человеческих тел. В 14.04 (19.04 по Гринвичу) президент Джордж Буш-младший в обращении к американскому народу сообщил, что «Колумбия» и все семь членов экипажа погибли…
За пять с половиной лет до описываемых трагических событий, 19 ноября 1997 года, «Колумбия» отправилась в свой 24-й полет. Миссия STS-87 нам известна прежде всего тем, что в ней принимал участие первый украинский астронавт Леонид Каденюк. Событие это освещалось с большой помпой, многим тогда казалось, что с этого момента начнется «большой украинский прорыв в космос». Впрочем, речь сейчас не о несбывшихся надеждах, а о том, что тогда осталось «за кадром». А именно о зафиксированных серьезных проблемах с теплоизоляционной защитой «Колумбии». После посадки «шаттла» было объявлено, что пострадали 308 плиток, из них 132 имеют повреждения размером более одного дюйма. В дальнейшем было проведено более тщательное расследование (результаты которого, кстати, обнародованы не были), показавшее, что некоторые повреждения достигали 38 мм в глубину, при толщине плиток 51 мм. То есть запас прочности плиток был исчерпан на ¾.



Кабина пилотов шаттла

Шаттл «Индевор» в последний раз поднялся в воздух для перелета к месту вечной стоянки в Калифорнийском научном центре

Причиной случившегося стала (конечно, опосредованно) забота об окружающей среде. Изначально пенополиуретановое покрытие, которое наносилось на топливный бак «шаттлов», содержало фреон. В НАСА, поддавшись общим тенденциям, перешли на более «зеленую» технологию, без использования фреона, но оказалось, что такое покрытие хуже справляется с пиковыми тепловыми нагрузками. Технология была усовершенствована, однако в ходе полета миссии STS-112 в октябре 2002 года, в момент старта корабля «Атлантис» был зафиксирован отрыв фрагмента теплоизоляционного покрытия, повредившего несколько плиток. Специалисты НАСА вновь начали расследование.

Завершать его пришлось уже при трагических обстоятельствах. Нужно отметить, что отрыв одиночной плитки не должен приводить к катастрофическим последствиям — в таком случае тепловую нагрузку берут на себя соседние плитки и алюминиевый каркас корабля остается неповрежденным. Однако в определенных условиях возможен «эффект домино», когда плитки начинают разрушаться и отваливаться одна за другой. Это, судя по всему, и произошло с «Колумбией». Специалисты НАСА, проводившие расследование катастрофы, пришли к следующим выводам: разрушение наружного теплозащитного слоя на левой плоскости крыла было вызвано отрывом и ударом об него фрагмента теплоизоляции кислородного бака при старте корабля. Горячие газы проникли внутрь, что привело к перегреву пневматики колеса шасси, его взрыву, дальнейшему разрушению конструкции крыла и гибели «Колумбии».
Причины были выяснены. Но оставался еще один вопрос: знали ли руководители полета, что уже сразу после старта «Колумбия» была обречена? И были ли хотя бы малейшие шансы на спасение экипажа? 28 января 2003 года (то есть когда «Колумбия» еще находилась в космосе) были объявлены результаты расследования инцидента на старте. Инженеры и астронавты НАСА, компании «Боинг» и других организаций пришли к выводу, что отрыв фрагмента теплоизоляционной пены массой около 1,2 кг мог привести: а) к отрыву одной плитки на нижней поверхности левого крыла «шаттла»; б) сносу плиток на полосе 76 на 18 см. Вариант «б» был, естественно, худшим вариантом развития событий. Но даже в таком случае, как считали специалисты, возможны разве что локальные повреждения элементов конструкции крыла и до прогара дело не дойдет. А значит, данная ситуация не должна помешать успешной посадке «Колумбии».
Результаты расследования были сообщены Рику Хасбэнду.

У командира миссии STS-107 не было повода сомневаться в правильности выводов комиссии, ведь он, во-первых, знал, что в ее работе среди прочих принимали участие и его товарищи-астронавты, во-вторых, он сам до полета работал шефом управления безопасности Отдела астронавтов НАСА и досконально знал все полагающиеся в таком случае процедуры.
Но даже если бы в НАСА и осознавали всю опасность повреждений, исправить их не было практически никакой возможности. Изначально были разработаны материалы и инструменты для ремонта теплоизоляционного покрытия в космосе, а «шаттлы» оснащались манипулятором, с помощью которого астронавт мог попасть под днище корабля и проводить там работы. Однако со временем вероятность серьезного повреждения плиток показалась слишком ничтожной, и весьма громоздкий комплект — манипулятор, систему автономного перемещения астронавта в открытом космосе и набор для ремонта теплоизоляции — перестали брать на орбиту. Из кабины астронавты могли видеть только верхнюю часть крыла, нижняя, которая и оказалась поврежденной, оставалась вне поля их зрения. Теоретически экипаж мог исследовать левое крыло, но для этого понадобилась бы операция с оставлением астронавта в свободном полете и последующим подбором. Такая операция была бы очень рискованной и, самое главное, бессмысленной. Ее результатом стала бы разве что констатация факта, что на Землю вернуться невозможно…

* * *

Сразу же после гибели «Колумбии» президент Буш-младший заявил, что, несмотря на трагедию, полеты «шаттлов» будут продолжены. Впрочем, нетрудно догадаться, что на программу «Спейс шаттл» вновь обрушилась волна критики. В тот весьма непростой момент спасением для «космических челноков» стала программа строительства Международной космической станции, которая без «шаттлов» оказалась под угрозой провала.

Перерыв в запусках продолжался 29 месяцев. «Вернуться к полетам» (именно так НАСА обозначила цель миссии STS-114) предстояло «Дискавери» и экипажу под управлением Айлин Коллинз — первой женщины-пилота и командира корабля в истории НАСА. Старт миссии был первоначально назначен на 13 июля 2005 года, но из-за технических проблем был перенесен на две недели.
Возвращение оказалось непростым. Нетрудно себе представить чувства специалистов НАСА, когда на 127-й секунде после старта от покрытия топливного бака оторвался кусок теплоизоляционной пены весом около 0,45 кг. Он, к счастью, отлетел, не задев других частей «Дискавери». Через 20 секунд оторвался еще один фрагмент, он был меньшего размера, чем первый, но ударился в правое крыло.

Оперативно проведенное лазерное сканирование и визуализация крыла не выявили видимых повреждений, а расчеты специалистов показали, что второй фрагмент не обладал и десятой долей энергии, необходимой для разрушения каркаса крыла. Тем не менее уже на следующий день после старта, 27 июля, НАСА объявило о приостановлении ранее намеченных полетов «шаттлов» до тех пор, пока проблема с теплоизоляцией не будет решена. Несмотря на все тревоги, полет миссии STS-114 прошел в штатном режиме. Изначально планировалось, что «Дискавери» пробудет на орбите 12 суток, но затем одни сутки были добавлены для завершения запланированных работ, а еще одни — из-за плохих метеоусловий на мысе Канаверал. В итоге «шаттл» приземлился 8 августа на авиабазе Эдвардс.

Из-за перестановок и отмен стартов следующая миссия имела порядковый номер STS-121, а вместо «Атлантиса» в полет снова отправился «Дискавери». Комиссия, расследовавшая катастрофу «Колумбии», рекомендовала следующий, «чрезвычайный» план действий: в случае повреждения «Дискавери» на старте астронавты должны были остаться на МКС и дождаться спасательной миссии STS-300 на «Атлантисе».

В марте 2006 года НАСА объявило о новом окне для старта STS-121 — с 1 июля того же года. Из-за погодных условий старт состоялся 4 июля. Он, как и весь полет, на этот раз прошел практически идеально. Неслучайно после приземления («Дискавери», пробыв в полете 12 суток 18 часов и 36 минут, вернулся на Землю 17 июля) командир Стив Линдсей сказал журналистам: «Это был мой четвертый космический полет, и я четыре раза обошел вокруг «шаттла», корабль выглядит так чисто, как никакой до него, у нас было очень мало проблем».
Успешное завершение полета «Дискавери» позволило НАСА перейти к «рабочим» полетам. Миссия STS-115, старт которой был запланирован на конец августа 2006 года, стала второй после трехлетнего перерыва миссией по строительству МКС. Запуск «Атлантиса» пришлось перенести на вторую неделю сентября из-за плохой погоды. 25 августа в корабль даже попала молния, впрочем, такая «встряска» вреда «шаттлу» и другим системам не принесла.

В итоге «Атлантис» стартовал 9 сентября. Снова на случай нештатной ситуации была запланирована спасательная экспедиция. А непосредственно перед стыковкой с МКС, «шаттл», находясь на расстоянии 180 м от станции, сделал кувырок. Это позволило экипажу МКС полностью сфотографировать теплозащитное покрытие «Атлантиса» и, передав снимки на Землю, проверить его на предмет повреждений. Каких-либо отклонений от нормы зафиксировано не было. Утром 21 сентября «Атлантис» совершил посадку в Космическом центре имени Кеннеди на мысе Канаверал.

После успешного возобновления полетов руководство НАСА заявило, что отныне миссии «шаттлов» на некоторое время будут посвящены исключительно доставке грузов и оборудования на МКС. Долгое время без работы пребывал третий из оставшихся «челноков» — «Индевор». После полета в ноябре 2002 года он почти пять лет оставался на Земле, был модернизирован и, наконец, 8 августа 2007 года отправился в свой 20-й полет. Миссия STS-118 была примечательна тем, что в ней участвовала Барбара Морган. В 1985 году она была назначена дублером Кристы Маколифф, погибшей при взрыве «Челленджера». Когда НАСА отказалось от программы «Учитель в космосе», Барбара вернулась преподавать в школу, но в 1998 году снова попала в отряд астронавтов. Она была назначена в экипаж миссии STS-118, полет которой должен был состояться в ноябре 2003 года, но был отложен из-за катастрофы «Колумбии». И только в 2007-м Барбара Морган наконец-то отправилась в полет, став первым в истории учителем в космосе.

Долгое время строительство МКС было единственной целью полетов «шаттлов». Ситуация изменилась весной 2009 года — миссия STS-125 стала пятым полетом (с 1993 года) к телескопу «Хаббл». Этот полет «Атлантиса» считался самым сложным и даже опасным из всех оставшихся полетов «челноков». Дело в том, что космический телескоп находился на более высокой (до 570 км) орбите, чем МКС, где была гораздо больше вероятность столкновения с космическим мусором, особенно после столкновения двух спутников в феврале 2009 года. Кроме того, в случае повреждения «Атлантиса» на старте его экипаж не имел возможности дожидаться спасательной экспедиции на МКС. На такой случай был предусмотрен перевод систем «Атлантиса» в режим энергосбережения и отправка специальной миссии STS-400 на «Индеворе».

Если бы миссия STS-400 состоялась, это был бы последний полет «шаттлов» — у НАСА осталось бы только два «челнока», и, кроме того, потребовалась бы длительная процедура расследования, устранения причин и т.д., на что уже не было бы ни средств, ни времени. К счастью, она не понадобилась, и «шаттлы» продолжили полеты. Однако время «шаттлов» подходило к концу, изначально устанавливавшийся пятнадцатилетний срок эксплуатации космической транспортной системы был перекрыт уже в два раза.
Первым «на пенсию» ушел «Дискавери». Его последний полет изначально планировался на сентябрь 2010 года. В силу ряда причин, прежде всего технических, а также из-за полученной во время прогулки на велосипеде травмы астронавта Тима Копра и его замены на Стивена Боуэна, миссия STS-133 стартовала только поздним вечером 24 февраля 2011 года. Через 46 часов «Дискавери» пристыковался к МКС, снабжение которой оборудованием и материалами было главной целью миссии.

В 10.57.17 9 марта, спланировав на взлетно-посадочную полосу Центра имени Кеннеди, «Дискавери» завершил свою 27-летнюю карьеру. За это время, с августа 1984 года по март 2011-го, «Дискавери» совершил 39 полетов, провел в космосе 365,5 суток, сделал 5830 оборотов вокруг Земли и пролетел в общей сложности 238,54 млн км.

Затем настал черед прощаться с космосом «Индевору». Его последний полет долго откладывался из-за задержки старта миссии STS-133 на «Дискавери», а затем из-за трагических обстоятельств, не связанных напрямую с космическими делами. 8 января 2011 года некий Джаред Лофнер, впоследствии признанный душевнобольным, открыл беспорядочную стрельбу на встрече с избирателями в торговом центре города Тусон, штат Аризона. В результате шесть человек были убиты, двенадцать — ранены. Тяжелейшее ранение в голову получила Габриэль Гиффордс — член Конгресса от Демократической партии и жена командира миссии STS-134 на «Индеворе» Марка Келли. Несколько дней она находилась на грани жизни и смерти, и естественно, что ее супруг не мог участвовать в подготовке к полету. Врачам удалось спасти жизнь Габриэль (хотя полностью восстановиться она до сих пор пока не смогла), и когда ее состояние стабилизировалось, Марк Келли вернулся в Центр имени Кеннеди и возобновил подготовку к полету. Мешали старту и технические неполадки, в итоге «Индевор» стартовал только 16 мая 2011 года. Миссия STS-134 была одной из самых длинных в истории полетов «шаттлов» (самым длинным, кстати, был полет «Колумбии» в рамках миссии STS-80 в конце 1996 года — 17 суток 15 часов 53 минуты), она продолжалась 15 дней 17 часов и 38 минут. Обширная программа полета, включавшая среди прочего и четыре выхода в открытый космос общей продолжительностью 28 часов 44 минуты, была закончена к 31 мая, после чего экипаж начал подготовку к возвращению на Землю. Утром 1 июня «Индевор» благополучно приземлился на взлетно-посадочную полосу Центра имени Кеннеди.

И, наконец, последний полет «шаттла». К нему, понятное дело, было приковано всеобщее внимание. 14 сентября 2010 года НАСА объявило состав экипажа миссии STS-335, которая в случае необходимости должна была забрать астронавтов миссии STS-134 на «Индеворе». Было также отмечено, что этот экипаж — командир Кристофер Фергюсон, пилот Даглас Херли и специалисты Рекс Уолхайм и Сандра Магнус — возможно, отправится в космос в ходе последнего полета по программе «Спейс шаттл». Старт миссии предварительно был назначен на 28 июня 2011 года. Впрочем, пока не был решен вопрос с финансированием этого полета, не было и ясно, состоится ли он вообще. 11 октября 2010 года президент Обама подписал закон, давший зеленый свет миссии STS-135.

Сокращение численности экипажа до четырех человек (в последний раз экипаж из четырех астронавтов летал в космос в 1983 году, во время первого полета «Челленджера») было связано с тем, что, поскольку «шаттлы» прекращали полеты, то, собственно, не предусматривалась и спасательная экспедиция — в случае необходимости астронавты возвращались бы на Землю на российских кораблях «Союз». С этим было связано и пребывание экипажа «Атлантиса» в России с 28 по 30 марта 2011 года — астронавты примеряли скафандры и изучали другое оборудование «Союзов».

В ночь с 31 мая на 1 июня «Атлантис» был вывезен на стартовую площадку 39А на мысе Канаверал. 28 июня НАСА объявило, что старт состоится 8 июля в 11.26 по северо-восточному американскому времени (в 15.26 по Гринвичу). 5 июля в 13.00 был включен обратный отсчет. Несмотря на то, что на день старта прогноз погоды был неблагоприятным, руководители полета приняли решение продолжить подготовку к полету.
В 6 утра 8 июля началась закачка жидкого кислорода и водорода в топливный бак, к 9 утра бак был заправлен. В 11 часов экипаж начал надевать скафандры, а в 11.50 астронавты прибыли на стартовую площадку. В 15.29.03 «Атлантис» ушел в свой последний полет. После выхода на орбиту был протестирован робот-манипулятор, а во второй день полета с его помощью было обследовано теплозащитное покрытие корабля; каких-либо заметных отклонений отмечено не было. 10 июля в 15.07 «Атлантис» пристыковался к МКС.
Посадку последнего «шаттла» освещали, без преувеличения, все новостные телеканалы мира. Впрочем, за исключением «историчности» момента, прошла она вполне буднично. 19 июля в 6.28 «Атлантис» отстыковался от МКС. Затем «шаттл» облетел МКС, после чего экипаж еще раз проверил состояние теплозащитного покрытия. К концу следующего дня были завершены все подготовительные работы к посадке. Она была назначена на раннее утро 21 июля, в 5.57 по времени на космодроме Канаверал (9.57 по Гринвичу), за 42 минуты до восхода солнца. В 4.11 «Атлантис» начал 200-й виток вокруг Земли, а еще через минуту руководители полета приняли окончательное решение о посадке. В 4.49 двигатели «челнока» были включены на торможение. Через 3 мин 16 сек «Атлантис» сошел с орбиты и устремился к Земле.

В 5.25, находясь над южными районами Тихого океана, «шаттл» вошел в верхние слои атмосферы. В 5.46 он пересек границу штата Флорида. Затем, совершив разворот на 240°, точно в назначенное время «Атлантис» спланировал на ВПП № 15 Космического центра имени Кеннеди.

* * *
Итак, после 135 полетов «шаттлы» заняли свои места в музеях: экспериментальный «Энтерпрайз» — в Морском и аэрокосмическом музее в Нью-Йорке, «Дискавери» — в Смитсоновском институте в Вашингтоне, «Индевор» — в Калифорнийском научном центре в Лос-Анджелесе, а «Атлантис» — в Центре имени Кеннеди. Пришло время итогов и выводов.

Они, надо сказать, неоднозначные. Очень показательным является мнение, высказанное газетой «Уолл-стрит джорнэл», которая за несколько дней до последней посадки «Атлантиса» написала: «Русские выиграли многолетнюю космическую гонку». И дело тут даже не в самом факте, что отныне строительство и обслуживание МКС будет вестись исключительно российскими кораблями. В стане «партнера-конкурента», кстати, восторгов по поводу прекращения полетов «шаттлов» не было и в помине: начальник управления пилотируемых программ Роскосмоса Алексей Краснов в интервью российской прессе заявил, что «без «шаттлов» построить МКС не удалось бы и для нас было бы лучше, если бы «шаттлы» продолжали летать хотя бы раз в год».
Дело в другом: Америка проиграла там, где ее позиции сильны как ни у кого в мире — в прагматическом подходе. За время разработки и эксплуатации программы «Спейс шатлл» на нее было израсходовано 209 млрд долларов, то есть один запуск обходился в более чем полтора миллиарда. При этом годовой бюджет всей российской космической программы, отмечает «Уолл-стрит джорнэл», ныне составляет немногим более 2 млрд долларов в год. И это при более впечатляющих результатах.

С этими выводами сложно не согласиться. Но только с рациональной точки зрения. Это хоть и банально, но все-таки факт — не все в этом мире измеряется деньгами. Наверное, такой и должна была быть «первоначальная эпоха накопления космического капитала» — в чем-то бесшабашной, рискованной, с большим количеством ошибок и даже трагедий. «Шаттлы» — именно из этой серии. Можно ли было обойтись без них? Конечно. Точно так же, как можно обойтись без технического прогресса и научных открытий вообще.
К счастью, перспектива сидеть в своем гнезде, на своей планете, не высовываясь и не пытаясь узнать, что там, в далеком космосе, устраивает далеко не всех. В этом смысле «шаттлы», несмотря ни на что, выполнили свою функцию — функцию первого в истории корабля многоразового использования, на котором человек впервые сумел не только полететь в космос, но и вернуться на нем же на Землю. А то, что за такими кораблями будущее, знают уже не только писатели-фантасты…