Оружие возмездия ФАУ-2. Часть 1

Пт, 06/05/2009 - 13:23

ФАУ-2 на транспортно-пусковой установке

Вернер фон Браун

В. Браун среди военного руководства III Рейха

Подготовка ракеты А-5 к старту


Истоки интереса военных кругов Германии к реактивному оружию следует искать на страницах мирного договора, подписанного 28 июня 1919 года в Зеркальном зале Версальского дворца представителями стран Антанты и США — с одной стороны, и министром иностранных дел вкупе с министром юстиции Германии — с другой.

В специальной части Договора оговаривалось количество и виды вооружений, которыми могла владеть армия Германии: ей запрещалось иметь тяжелую артиллерию, танки, дирижабли и военную авиацию; запрещался ввоз в Германию оружия и другого военного имущества; запрещалось создание военной и морской авиации. Ракеты на момент подписания договора считались слишком несерьезным объектом, чтобы как-то оговаривать их в таком серьезном документе.

Еще со времени подписания Компъенского перемирия (11 ноября 1918 года) генералы рейхсвера почувствовали себя униженными и оскорбленными. Когда стало ясно, что войну они проиграли, задумались о реванше. Заботой генералов стало стремление обойти статьи Версальского договора.
Генералитет потерпевшей стороны не мог не думать об укреплении рейхсвера, а Германии, в частности, разрешалось иметь не более 204 орудий калибра 77 мм и 84 гаубиц калибра 105 мм, на каждое орудие полагалось не более 1000 снарядов.

И жаждущие реванша ухватились за техническую новинку. Реализация идеи полета с помощью реактивных двигателей пошла не по пути создания средств доставки людей во внеземное пространство, а по пути создания средств доставки на головы людей груза большой разрушительной силы.
Направление реванша было выбрано верно — Германия имела талантливых ракетчиков-теоретиков еще со времен кайзера. Так, инженер Г. Оберт создал проект большой ракеты на жидком топливе, оснащенной боевым зарядом. Предположительная дальность ее полета составляла несколько сот километров. Офицер авиации Р. Небель работал над созданием авиационных ракет для поражения наземных объектов. В 1920-х годах Оберт, Небель, братья Вальтер и Ридель проводили первые эксперименты с ракетными двигателями и разрабатывали проекты баллистических ракет. «В один прекрасный день, — утверждал Небель, — ракеты, подобные этой, вытеснят артиллерию и даже бомбардировщики на свалку истории».

Военные взяли в свои руки судьбу ракетостроения. Космос не то, что бы мало интересовал, а совсем не был в кругу их интересов. Это потом они стали представлять себя энтузиастами науки. Их внимание привлекло то, что ракеты на твердом топливе могли заменить пушки, а жидкостные ракеты (по крайней мере, теоретически) давали возможность стрелять дальше, чем это могла артиллерия.
Министр рейхсвера в начале июня далекого 1929 года принял решение возложить на начальника отдела баллистики Управления вооружений сухопутных войск Германии полковника Карла Эмиля Беккера (Karl Emil Becker) ответственность за разработку ракет и отдал ему секретный приказ об определении возможности увеличения дальности стрельбы артиллерийских систем, включая использование ракетных двигателей в военных целях.

Беккер не был светилом в этой области техники, но именно он способствовал форсированному приведению в действие приказа. Через неделю в недрах руководимого им отдела сформировалась секретная группа. Долго искали человека, который мог бы возглавить выполнение поставленной задачи. Наконец, весной 1930 года на должность руководителя группы назначили 35-летнего военного инженера Вальтера Роберта Дорнбергера (Walter Robert Dornberger).

После детального и тщательного изучения архива Управления вооружений, с одобрения Беккера, Дорнбергер поставил перед собой в качестве ближайшей цели создание ракеты, которая могла бы покрыть вдвое большее расстояние, чем снаряд, выпущенный из крупповского сверхдальнобойного орудия «Колоссаль», которое во время 1-й мировой войны обстреливало Париж. Дальность стрельбы этой суперпушки внушала уважение — до 120 километров (!), но точность была невысока, живучесть ствола была крайне низкой, а массивная конструкция полностью исключала какую-либо маневренность.
Вальтер Дорнбергер начал с организации экспериментальной лаборатории по созданию жидкостных реактивных двигателей для баллистических ракет. А в октябре 1932-го в эту лабораторию пришел работать Вернер фон Браун, вскоре ставший ведущим конструктором ракет и первым помощником Дорнбергера. К осени 1932 года Дорнбергер организовал испытательную станцию «Вест» в 27 километрах к югу от Берлина, на артиллерийском полигоне «Куммерсдорф-Запад».
На реализацию многих замыслов значительно повлияло (и ускорило!) создание в том же году профессором Германом Обертом камеры сгорания с соплом — основной части классического ЖРД. В Куммерсдорфе были проведены его первые огневые испытания.