Управляемое оружие тяжелых бомбардировщиков 50-х гг. XX в.

Ср, 09/09/2015 - 14:08

Самолет-снаряд воздушного старта 10Х — советский аналог немецкого «чудо-оружия» Fi-103, созданный под руководством В.Н. Челомея

Самолет-снаряд 10Х на девиационном круге — идет настройка магнитного корректора перед испытательным пуском

Самолет-снаряд 10Х под фюзеляжем самолета-носителя Пе-8

Носитель Пе-8 уходит на испытательный пуск самолета-снаряда 16ХА



Рост летно-тактических данных тяжелых бомбардировщиков в середине 40-х гг., увеличение их численности и появление атомной бомбы, казалось, лишали смысла дальнейшие попытки создать управляемое авиационное оружие для поражения больших стратегических целей, таких как города, военные базы и промышленные объекты. Тем не менее после II мировой войны работы в этом направлении даже активизировались.

В начале 1944 г. в СССР поступила информация об испытаниях в Германии реактивного самолета-снаряда Fi-103, и было решено создать аналогичную систему. Поначалу задание поручили Центральному институту авиационного моторостроения, но надо было проектировать и собственно самолет-снаряд — и проект передали опытному КБ по самолетостроению ¹51. Оно не имело новых самолетов в серийном производстве, а после смерти Главного конструктора ОКБ-51 Поликарпова 30 июля 1944 г. успешное завершение и опытных работ оказалось под вопросом. Коллектив подчинили Сухому, но тот от снарядной тематики отказался, и 19 октября 1944 г. на заводе ¹51 было образовано еще одно ОКБ, которое возглавил В.Н. Челомей, начинавший копировать немецкий пульсирующий воздушно-реактивный двигатель еще в ЦИАМ.

Ускорению процесса способствовала доставка обломков снарядов Fi-103 из Англии и Польши, а затем целых трофейных образцов, их компонентов, оборудования и документации. В конце 1944 г. завод ¹51 построил первые опытные снаряды 10Х для наземной отработки, а к марту 1945 г. были готовы и летные изделия. Для их пуска переоборудовали один самолет Ер-2 и три Пе-8.

Поставки в войска планировали начать к концу 1945 г., но только 36% пусков закончились попаданием в квадрат 20х20 км с дальности 170 км. Это было не хуже, чем у немцев, причем в гораздо более жестких условиях Средней Азии (жара, песчаные бури), но Заказчик не принял изделие 10Х на вооружение, сославшись на отсутствие в Боевом уставе ВВС СССР задачи нанесения неприцельных ударов по городам — предусматривались лишь бомбардировки военных и иных стратегических объектов, но не жилых кварталов.
Дело, поначалу казавшееся таким простым, превратилось в целую «эпопею», растянувшуюся на долгих 9 лет. Работы развивались в трех направлениях.

Первое заключалось в повышении скорости, дальности и точности за счет улучшения силовой установки, аэродинамики и отработки автопилота. В итоге был создан снаряд 16ХА «Прибой» с более удобной для подвески компоновкой и двумя ПуВРД меньшей мощности вместо одного. С немецкими гироскопами точность довели до ±3 км, что было подтверждено испытаниями в сентябре-ноябре 1950 г., но Заказчик справедливо настаивал на полном исключении трофейных компонентов автопилота. Повторные испытания с полностью отечественным автопилотом АП-52 со штатного носителя Ту-4 состоялись в августе 1952 г. и были неудачными.

Целью второго направления было обеспечение избирательного наведения на большую стационарную цель — завод, порт, авиабазу и т.д. размером 4х4 км. Первоначально вариант с автопилотом рассматривался лишь как стенд для отработки его силовой установки, проверки аэродинамики планера и работы механизмов управления, а также для испытаний носителей Ту-2 и Ту-4. Снаряд 16ХА «3-го этапа разработки» наводился в район цели радиокомандами с борта носителя по его локатору.
В заданной точке оператор давал сигнал на включение телевизионной системы снаряда, которая передавала изображение местности. Когда в кадр входила цель, оператор корректировал курс снаряда и переводил его в пике на цель.

Первые телеуправляемые снаряды 16ХА были построены в 1948 г., но аппаратура вовремя не поступила. Летные испытания начались только 12 июля 1950 г., зачетные пуски 20 изделий прошли в августе — и только один был признан Заказчиком успешным.

К тому времени на почве неудач у разработчика и Заказчика системы накопились большие претензии друг к другу.