Первые газотурбинные бомбардировщики США и СССР B-52, M-4, Ту-95

Сб, 12/12/2015 - 16:18

Первые серийные «стратосферные крепости» были выпущены в конфигурации разведчика-бомбардировщика RB-52B-BO. На снимке хорошо видно шасси типа «тележка»

Четырехпулеметная система А-3А с оптическим и радиолокационным прицелами была внедрена на первых RB-52B и стала основной защитой большинства модификаций «стратосферной крепости»

Оборонительная система MD-5 части самолетов В-52В-ВО не прижилась из-за ненадежности 20-мм пушек М24А1 и отсутствия оптического прицела

Первый опытный тяжелый реактивный бомбардировщик — самолет М с бортовым номером «25»

Для отработки серийной технологии было заказано тринадцать В-52А-1-ВО (модель 464-201-0). По настоянию командующего стратегической авиацией Ле-Мея, «истребительную» кабину-тандем на нем заменили обычной с креслами бок о бок. За ней появилась приемная горловина системы дозаправки в воздухе, а под крылом — два подвесных бака. Были установлены серийные двигатели J57-P-1W тягой 4990 кгс с впрыском воды и четыре ракетных ускорителя 45KS5000 тягой по 454 кгс, которые, впрочем, не использовались — самолет и без них взлетал с весом до 190554 кг.
Бомбоотсек был рассчитан на 22685 кг бомб, но фактически можно было подвесить две ядерные всех типов от Mk. 4 до Mk. 8 или Mk. 15 Mod. 1 общим весом до 7620 кг, или 27 фугасных калибра 340 кг с фактической массой 9180 кг. В хвосте установили оборонительную систему А-3А с четырьмя 12,7-мм пулеметами, а в экипаже появился шестой человек — оператор РЭБ.
Головной В-52А был принят ВВС на заводе «Боинг» в Сиэтле 17 июля 1954 г. и облетан 5 августа, в том же году сдали еще две машины, а остальные было решено достроить с улучшениями в серийном варианте В-52В-ВО. Машины установочной серии использовались исключительно для испытаний.

В 1948 г. военные потребовали обеспечить ведение с борта В-52 глобальной разведки, и их приспособили для подвески в бомбоотсеке универсальной капсулы со спецаппаратурой и двумя катапультируемыми вниз креслами операторов. Но с появлением перехватчиков МиГ-15 и МиГ-17 шпионские миссии таких самолетов над СССР стали невозможны, и в варианте
RB-29B достроили только 27 самолетов, а остальные 23 были чистыми бомбардировщиками В-52В.

Теоретически RB/B-52B нес 19510 кг бомб, но на деле можно было подвесить 27 фугасок калибра 340 или 454 кг — это 13,5 т, а две термоядерные Mk. 21 весили 16060 кг. Этих бомб, дававших «грязный» взрыв мощностью 4-5 Мт, изготовили 285 штук.

Самолеты RB/B-52B выпускались трех моделей: 464-201-1, -3 и -4, но сохранить четкость комплектации в их рамках не удалось. Первые десять RB-52B-5-BO и В-10-ВО имели систему оборонительного вооружения А-3А, далее стали ставить MD-5 с двумя 20-мм пушками М24А1, а последние семь В-52В-40-ВО снова имели пулеметное вооружение. Свои нюансы были связаны с электрикой и кондиционированием универсальной капсулы RB-52B и с заменой бомбардировочной системы K-3A с аналоговым баллистическим вычислителем на компьютеризированную МА-6.
Серийные В-52В на скорости 845 км/ч имели радиус действия с одной атомной бомбой 5792 км. С максимальной скоростью 1014 км/ч на высоте 6096 м и потолком 14326 м при весе над целью 123406 кг нашим истребителям МиГ-17Ф, Як-25М и даже новейшим сверхзвуковым МиГ-19 сбивать их было бы очень трудно. Каждый самолет нес станцию активных помех и устройства выброса дипольных отражателей, а RB-52B имел дополнительную аппаратуру РЭБ. Данные об оснащении В-52В ракетами GAM-63 и паразитными истребителями XF-85 не подтвердились, но тогда сомнения не вызывали. В то время для СССР единственной защитой от такого оружия было создание собственного реактивного межконтинентального ядерного бомбардировщика.

После войны из-за нехватки средств на восстановление народного хозяйства расформировали ряд строивших бомбардировщики ОКБ, в том числе и коллектив В.М. Мясищева, который стал заведующим кафедрой конструкций самолетов в Московском авиационном институте. Владимир Михайлович использовал новые жизненные обстоятельства с пользой — лучшим студентам он давал курсовые и дипломные задания по тематике скоростного дальнего бомбардировщика.

Парторганизация МАИ, не забыв, что Мясищев был «врагом народа», еще не реабилитированным и не восстановленным в Партии, сочла это не соответствующим целям и задачам учебного процесса, но тут помог директор ЦАГИ, заключив с МАИ хоздоговор на такое исследование. Бывший сотрудник Мясищева Назаров рассказал ему о реактивных бомбардировщиках, которые строил немецкий конструктор Бааде, а также о работах Алексеева в области велосипедного шасси и бустерного управления. Старые друзья держали Мясищева в курсе всех новинок авиации, с их подачи 12 февраля 1951 г. Министр авиапромышленности Хруничев, уволивший Мясищева в 1946 г., доложил о его работе в Совмин. В итоге 24 марта вышло Постановление №949-469сс, предписывающее построить межконтинентальный бомбардировщик М («изделие 25»).