Броненосцы XIX века: Великобритания


  1. 27 мая 1915 года у берегов Дарданелл было напряженным. В отдалении слышалась артиллерийская канонада, в открытом море, в пределах прямой видимости, патрулировали эсминцы, ближе к побережью сновали вооруженные бывшие траулеры, переименованные по случаю в канонерские лодки. Посреди разгружавшихся транспортов, настолько близко к берегу, насколько позволяла глубина, с поставленными сетями, на якоре, стоял «прорыватель минных полей» — в чьих контурах искушенный взгляд признал бы британский эскадренный броненосец конца XIX века. Этот корабль, являющийся по случаю еще и флагманским кораблем адмирала Николсона, возглавлявшего эту крайне неудачную для союзников Первую Дарданелльскую операцию, и был основной целью субмарины U-21…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  2. Смена правящего кабинета в Великобритании 9 июня 1885 года ознаменовалась кардинальным изменением военно-морской политики самой могущественной страны мира. Отправленный в отставку кабинет Гладстона, несмотря на традиционно пристальное внимание к морским делам, запомнился для лордов Адмиралтейства жесточайшим финансовым давлением со стороны казначейства — таким, что военно-морские учреждения «владычицы морей» и, особенно, ее верфи влачили просто жалкое существование и практически находились на грани банкротства.



  3. В 1866 г. произошло знаменитое сражение при Лиссе, вознесшее таран в ранг главнейшего оружия атаки. Сам бой больше свелся к серии путаных маневров и непонятных перемещений кораблей, сопровождаемых катастрофами, нежели к виду классической морской битвы. Это сражение можно скорее расценить как всеобщую свалку, в которой австрийские корабли сновали взад-вперед в надежде сокрушить своими таранами расстроенный итальянский флот, но в итоге так и не смогли этого сделать.
    Но был и успех — потопление «Ре д'Италия» таранным ударом «Фердинанда Макса». Итальянский броненосец был уже поражен в корму, его руль был снесен, и корабль беспомощно раскачивался на волнах по курсу флагманского корабля Тегетгофа, когда тот на скорости 11,5 уз вынырнул из дыма и врезался в него. Пробив своим тараном железо и дерево корпуса и не получив повреждений при сотрясении от удара, «Фердинанд Макс» дал задний ход и благополучно расцепился с обреченным кораблем, который пошел ко дну. После двух безуспешных касательных таранных ударов по «Палестро» и по тому же «Ре д'Италия», эта повторная успешная атака с таким драматическим результатом оказалась эпохальным событием — свыше 30 лет после этого таран считался оружием атаки!
    Так что, хотя репутация тарана и базируется на сражении при Лиссе, эффект единственного удачного удара оказался во всех отношениях слишком уж преувеличенным по сравнению с многими другими неудачными попытками таранных атак, которые отнесли насчет неразберихи из-за орудийного дыма австрийских кораблей. И это «преувеличение» оказало сильнейшее воздействие на весь ход военно-морской мысли и тактики морского боя до самого конца XIX века.



  4. В основе концепции и «Дуилио», и «Инфлексибла» лежала идея о том, что с противником возможно покончить единственным удачным попаданием, так сказать, нокаутирующим ударом. Одного сокрушительного удара можно было ожидать лишь при хорошо управляемом залповом огне, а не спорадической стрельбе из одиночного огромного орудия. К счастью для Королевского флота, первая фаза создания броненосных линкоров со сверхтяжелыми калибрами и началась, и закончилась «Инфлесиблом». Получилось все с точностью до наоборот: Италия, создавшая собственную концепцию обороны побережья, смогла не только построить ДВА мастодонта, но впоследствии развить свой успех ЕЩЕ ДВУМЯ кораблями типа «Италия». Британия же, самонадеянно решившая «утереть нос макаронникам», не смогла себе позволить построить более ОДНОГО корабля — т.к. ясного понимания его назначения и применения у английских адмиралов так и не появилось, а деньги тратились просто неимоверные…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  5. ...Выбранная конструкция привела к еще одному неприятному факту — «Инфлексибл», вне всякого сомнения, оказался самым некрасивым кораблем своей эпохи, особенно при взгляде с носа и кормы, когда его огромная ширина корпуса дисгармонировала с узкой надстройкой, по бокам которой выступали две огромные башни, напоминавшие стога сена или коровьи «лепешки». Повсеместно плавные линии корпуса были испещрены всевозможными выступами и впадинами, а две уродливые дымовые трубы венчали его неуклюжий силуэт...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  6. ...Рассмотрев все эти «альтернативы» сплошному броневому поясу, Комитет признал, что дальнейшее развитие защищенности кораблей невозможно при сохранении прежней ридовской схемы. В качестве выхода Комитет решил рекомендовать кораблестроителям уменьшить площадь бронирования при одновременном увеличении толщины устанавливаемой брони. Забронированный по такой схеме корабль должен был иметь сильно забронированную центральную цитадель, окруженную и поддерживаемую корпусом по типу мониторного, разбитого на мелкие отсеки. Т.е. от защиты всего корпуса предполагалось перейти к защите жизненно важных частей корабля, отдавая небронированные оконечности, что называется, «на растерзание» вражеским комендорам. Симбиоз идей Рида и Эллиота назвали по имени тогдашнего главного конструктора — «схемой Барнаби»...



  7. В отличие от «Александры», он был оснащен двухлопастными винтами Гриффита, показавшими превосходные результаты по сравнению с четырехлопастными при той же мощности, причем при движении корабля под парусами они оказывали гораздо меньшее сопротивление. В качестве вспомогательных механизмов на нем были установлены паровая рулевая машина и паровой шпиль, еще 28 машин (!) обслуживали насосы, систему вентиляции и лебедки подачи боезапаса. В снаряженном состоянии, с 620 т угля, «Темерер» с его машинами-компаунд мог пройти расстояние почти в два раза большее, чем прежние броненосцы с такими же размерениями, поэтому фактически в парусном вооружении он не нуждался. Но построенный именно для доказательства необходимости архаичного парусного вооружения на наиновейших броненосцах, «Темерер» был обречен на постоянные пред- и послеродовые «парусные» муки...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  8. «Монарх» был выше «Кэптена» ровно на одну палубу (высота борта 4,2 м) и практически не перегружен, так что никаких проблем с его остойчивостью не возникало, хотя он тоже нес полную парусную оснастку. Более того, на верхней палубе разместили специальный фальшборт на шарнирах, который откидывался наружу при стрельбе из башен. Корабль принимал участие в бомбардировке фортов Александрии в 1882 году и показал себя с наилучшей стороны. Правда, учитывая плачевное состояние египетских фортов, вряд ли можно говорить, что «Монарх» при этом прошел суровое испытание…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  9. ...Люди, определяющие направление кораблестроительной политики — Рид и адмирал Робинсон — соглашались, что выгоды от башенного расположения могут проявиться на броненосцах береговой обороны. Требования к этим кораблям были не так высоки — и, соотвественно, они не имели ни высокого надводного борта, ни полного рангоута, мешавшего наведению пушек. Кроме того, гораздо безопаснее и дешевле было экспериментировать с небольшими башенными броненосцами береговой обороны, нежели строить — не имея никакого опыта — перворанговый мореходный башенный броненосец. Адмиралтейство согласилось с доводами Рида, и Кользу, как стороннику башенного расположения артиллерии, был дан шанс опробовать свои башни на кораблях прибрежного действия...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  10. ...Одной из причин изменения устоявшейся веками корабельной архитектуры стал удачный таранный удар австрийского броненосца «Фердинанд Макс» в бою при Лиссе, отправивший на дно итальянский «Ре д'Италиа»: в последующие годы большое значение стало уделяться таранной тактике и соответственно продольному огню по носу и корме. Важность ведения огня «на борт» игнорировалась — в угоду тарану. Обеспечить продольный огонь на загроможденных парусным вооружением палубах кораблей того времени было непросто. Решение было найдено Ромако в проектах «Лиссы» и последовавшими за ней «Кустоцы» и «Эрцгерцога Альбрехта». Естественное сужение корпуса от середины к оконечностям было подчеркнуто срезами бортов, которые позволяли стрелять расположенным в двухярусном центральном каземате четырем орудиям главного калибра прямо в нос и корму...



  11. ...Однако два корабля — «Лорд Клайд» и «Лорд Уорден» были построены по специальному проекту по особому настоянию (!!!) Робинсона, т.к. считалось, что, во-первых, для противодействия французам надо построить броненосцы нового типа (авторитет французов!), и, во-вторых — что их корпуса должны быть деревянными (?!). Одной из причин этого неожиданного ретроградства стало то, что англичане оказались под впечатлением удачной переделки винтовых линейных кораблей в броненосцы — на взгляд морских лордов они, с их полными поясами по ватерлинии, лучше подходили для боя с французами, чем железные броненосцы с неполными поясами. Основой проекта послужил последний неброненосный и самый мощный трехдечный парусно-паровой линкор «Беллерофон». Корпус обшили железными листами и даже устроили железные водонепроницаемые переборки.




  12. ...Французское правительство, конечно же, было озабочено последствиями возвышения Германии еще больше британцев. Французские политики никогда не имели возможности в той мере, что и британские, сконцентрировать все силы на морских делах и морском соперничестве. Длинная сухопутная граница требовала содержать мощную сухопутную армию, хотя и давала Франции определенные возможности — например, расширить территорию до устья Рейна. Но в 1840–50-х годах у французов еще не было причин ожидать нападения на суше — именно этим объяснялось внимание французов к морским делам и их значительные расходы на флот. Германия в то время не представляла серьезной угрозы, гарантией чего был австро-прусский антагонизм, выродившийся в австро-прусскую войну 1866 года.